Ближе к клиенту

Ближе к клиенту Ближе к клиенту

«Русский газ страшнее, чем русские танки» — эту фразу сотрудники «Газпромэкспорта» (бывшего «Газэкспорта») приписывают старому немецкому партнеру Буркхарду Бергманну. Предправления E. On Ruhrgas, отслужив в немецком концерне 36 лет, в марте уйдет на пенсию.

Про танки Бергманн, отвечавший в Ruhrgas за закупки газа, вспомнил в 1993 г., когда вместе с другими членами правления отверг предложение «Газпрома» создать совместное предприятие для продажи газа конечным потребителям Германии.

Это была уже вторая серьезная обида, нанесенная немцами российскому партнеру. В 1991 г. «Газпром» собрался участвовать в приватизации восточногерманского монопольного дистрибутора газа Verbundnetz Gas (VNG). На тот момент российская монополия практически на 100% снабжала Восточную Германию газом и потому была уверена, что VNG у нее в кармане. Но «Газпром» даже не допустили до торгов, а контроль над трейдером достался Ruhrgas. Чуть позже «Газпрому» разрешили приобрести 5% VNG. «Это выглядело как издевка», — вспоминает высокопоставленный сотрудник «Газпромэкспорта».

«Ruhrgas, конечно, было невыгодно пускать “Газпром” на рынок сбыта в Германии, но и немецкие власти не поддерживали такую сделку — как можно было пойти им вопреки?» — защищает Ruhrgas один из его сотрудников.

«Это была стратегическая ошибка Ruhrgas, которая привела к появлению крупного конкурента на немецком газовом рынке», — считает директор Vostok Nafta Сергей Глазер. Разочаровавшись в Ruhrgas, «Газпром» нашел понимание в другом немецком концерне — BASF и создал в 1993 г. с его «дочкой» Wintershall совместное предприятие для поставок газа немецким потребителям.

В трейдере Wingas «Газпром» получил 35% плюс опцион еще на 15%. «Это был союз обиженных, — улыбается менеджер BASF. — Химическому концерну не удавалось договориться с Ruhrgas о снижении цены на газ. Мало кто верил, что из нашего альянса с “Газпромом” что-то получится. Когда мы начали прокладывать трубы в Германии, скептики шутили, что никто на свете еще не закапывал столько железа бесплатно».

Сегодня Wingas владеет магистральными газопроводами в Германии протяженностью около 2000 км и одним из крупнейших подземных газохранилищ — Reden.

«Это был самый серьезный прорыв “Газпрома” в Европу за всю историю газового экспорта, — считает директор Института энергетических исследований Владимир Милов. — Повторить такой успех ему до сих пор так и не удалось».

Где деньги-то?

20 ноября 2001 г. в Новом Уренгое собрался весь российский энергетический бомонд. Праздновали запуск Заполярного месторождения. Президент Владимир Путин вручал Рему Вяхиреву орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени. Сразу после награждения бывшего предправления «Газпрома» ждал неприятный сюрприз.

Путин начал инструктировать его сменщика Алексея Миллера, как бороться с вяхиревским наследием: главное — следить, чтобы ничего не украли. Путин заговорил о разнице между ценами, по которым «Газпром» продает газ западным контрагентам, и ценами, по которым те перепродают его потребителям. «А почему мы отдаем так дешево? — возмутился президент. — Где эта разница? Где деньги-то? Не надо махать шашкой, но разобраться необходимо».

К тому времени среди европейских контрагентов «Газпрома» были не только крупнейшие нефтегазовые компании, но и ряд новых посредников, через которых шла примерно четверть экспортного газа.

Одни трейдеры получали контракты с «Газпромом» в наследство от госкомпаний. Например, чешское внешнеторговое объединение «Металимекс» в 1992 г. вместе с чешской транспортной монополией Transgas выступило участником соглашения между российским и чешским правительствами на поставку российского газа в Чехию и Словакию и его транспортировку в страны Западной Европы.

Срок контракта истек 31 декабря 1995 г. Но и после этого «Металимекс», который к тому времени принадлежал уже частным акционерам, продолжал импортировать газ. Сотрудник «Металимекса» Владимир Лентимер называет это «рефлекторными поставками». (Интересно, что в 2003 г. в Москве задержали гражданина Армении, который пообещал представителю «Металимекса» помочь возобновить контракты с «Газпромом», взял $500 000, но обманул; Лентимер подтвердил правдивость этой истории.)

Другие трейдеры создавались при участии «Газпрома». Так, Progress Gas Trading (PGT) была учреждена «Газпромом» на паритетных началах с югославской фирмой Progress, близкой к бывшему премьер-министру Сербии Мирко Марьяновичу. А Prometheus Gas — пополам с греческими предпринимателями братьям Капелузос. В интервью «Ведомостям» в феврале 2002 г. бывший гендиректор «Газэкспорта» Юрий Вяхирев рассказывал, что знает руководителя болгарского Overgas Сашо Дончева со студенческих времен.

Крупным совладельцем Gas Trading была фирма известного польского предпринимателя Александра Гудзоватого. Имея хорошие связи в польском правительстве, он часто играл на стороне «Газпрома». Например, когда в мае 2001 г. Польша договорилась с норвежской Statoil о строительстве газопровода из Норвегии, чтобы уменьшить зависимость от российского газа, Гудзоватый активно противился этому проекту.

Он лоббировал строительство альтернативного газопровода от немецкого города Бернау до польского Щецина, чтобы импортировать газ из Германии. Польша в итоге получила бы продукцию того же «Газпрома», только с Запада, а не с Востока. Представитель Bartimpex Ян Антосик говорит, что теперь его компания природным газом не торгует.

В странах бывшего соцлагеря переход к рыночным отношениям создал серое пространство — трейдеры взяли на себя риски полурыночных отношений, объясняет сотрудник «Газпромэкспорта». А Wingas — хороший пример того, что попасть на западноевропейский рынок «Газпром» мог, только создавая совместные структуры с компаниями, имевшими хорошие связи с правительствами этих стран, считает он.

Получив от президента поручение «разобраться, где деньги», Миллер отправил ревизоров КРУ «Газпрома» в «Газэкспорт». Отчет о проверке деятельности «Газэкспорта» в 1998-2001 гг. выглядел неутешительно.

Болгарская Overgas, польские Gaz Trading и Bartimpex, югославская PGT получали газ по льготной цене и при этом перечисляли деньги с полугодовой задержкой. Штрафы не начислялись, хотя сумма задержанных платежей достигала $3 млрд. Ревизоры оценили упущенную выгоду за четыре года в $144 млн.

В некоторых трейдерах пакет «Газпрома» был размыт в пользу дружественных ему предпринимателей. В венгерской Panrusgaz в 1999 г. российская доля снизилась до 31%, а 9% досталось бизнесмену Михаилу Рахимкулову (в том году через Panrusgaz прошло 7,5 млрд куб. м российского газа). В Gas Trading доля была размыта с 36% до 15,88%. В мае 2000 г. «Газэкспорт» запросил в ЦБ разрешение на продажу 24,5% греческой Prometheus Gas за $7 млн, доля российской компании снижалась до 25,5%.

Гендиректор «Газэкспорта» Юрий Вяхирев не стал дожидаться конца этой истории и подал заявление об уходе. Правда, он отрицает, что дело было в проверке: «Я просто понял, что оставаться бессмысленно, а отчет ревизоров я до конца так и не дочитал».

Миллер не стал передавать результаты проверки в прокуратуру.

Деньги тут

Значительная часть средств от продажи газа оседает не у посредников, а «в бюджете правительств Германии, Италии и Франции», где общая сумма налогов сравнима со стоимостью газа, продаваемого экспортерами на границе, объяснял еще в 2001 г. курировавший в то время экспорт член правления «Газпрома» Юрий Комаров. А затраты посредников на хранение газа и его доставку потребителю, по его словам, даже их превосходят.

Выход на конечного потребителя газа стал сейчас одной из стратегических целей «Газпрома». Тем не менее добраться до этого потребителя у «Газпрома» по-прежнему не получается: газ продается на границе — и намного дешевле, чем за него платят потребители (см. таблицу).

Порядка 70% европейского экспорта «Газпрома» идет по долгосрочным контрактам с местными гигантами-посредниками: Eni, E. On, Wintershall, RWE, Gaz de France и проч. В январе — ноябре 2006 г. «Газпром» поставил им всем порядка 100 млрд куб. м газа из общих 135 млрд куб. м, которые значатся в базе данных, выдаваемой за статистику Федеральной таможенной службы («Газпром» не ответил на запрос «Ведомостей» с просьбой подтвердить либо опровергнуть эти цифры).

Остальное идет через менее именитых посредников, состав которых в эпоху Миллера претерпел изменения. Среди них уже нет ни югославской PGT, ни польской Bartimpex. Зато появились новые — Centrex и Conef.

Румынская Conef купила у «Газпрома» в 2006 г. около 1,2 млрд куб. м газа. Концерн работает с Conef с 2002 г. А прошлой весной подписал с трейдером долгосрочный контракт до 2030 г. Тогда пресс-служба «Газпрома» указала, что Conef входит в «международную инвестиционно-промышленную группу Marco Group», которую румынская пресса давно связывает с российским предпринимателем Виталием Мащицким.

В конце 1990-х он прославился тем, что созданный им «Ринко холдинг» забрал за долги у «Сиданко» контрольные пакеты Ангарской нефтехимической компании (АНХК) и Хабаровского НПЗ. Через пару лет АНХК купил ЮКОС, НПЗ — группа «Альянс». А Мащицкий с полученными доходами поучаствовал в приватизации румынских активов, купив долю в местном алюминиевом гиганте Alro и газовом трейдере Conef.

До прошлого года Мащицкий действительно был совладельцем Marco Group, подтверждает Симона Гамбини, представитель компании Vimetco, которая сейчас контролирует алюминиевый бизнес бывшей группы Marco. Год назад последняя провела реорганизацию, Conef была выделена из нее, оставшись, правда, при прежних владельцах. Это семейный траст (одна из управляющих компаний — Romal Holdings N. V.), в котором есть и доля Мащицкого, говорит Гамбини. Владеет ли сейчас траст газовым бизнесом, она не знает. С Мащицким связаться не удалось.

Через австрийскую Centrex «Газпром» за 11 месяцев 2006 г. прокачал всего 44 млн куб. м, зато через GWH, в которой у Centrex 24,9%, — 1,8 млрд куб. м. К ноябрю 2006 г. GWH получала от «Газпрома» самый дешевый газ из австрийских покупателей.

Centrex создана в 2003 г. Ее учредителем был Газпромбанк. Но в 2005 г. он уступил этот актив швейцарской «дочке» ВТБ — Russische Kommerzial Bank. Вернее, тот получил трейдера не в собственность, а в управление: ему достались 80% акций инвесткомпании Газпромбанка — IDF Anlagegesellschaft (Лихтенштейн), которая управляет фондом «Газ I», а главный актив фонда — 100% акций кипрской Centrex Group Holding Ltd. ($195,87 млн на июль 2007 г., по отчету IDF), материнской компании Centrex.

Пайщики фонда, т. е. собственники Centrex, не известны. Но скоро он вновь должен перейти под управление Газпромбанка: тот на днях получил разрешение ЦБ на покупку Russische Kommerzial Bank у ВТБ.

Как удалось выяснить «Ведомостям», головная компания Centrex на Кипре была зарегистрирована по тому же адресу, что и основной владелец нефтегазовой группы «Итера» — Itera Group Ltd.: г. Лимассол, ул. Arch Makarou, 199. Первым директором Centrex стал кипрский юрист Элиас Неоклеус.

А его отец Андреас, тоже юрист, входит в совет директоров Itera Group (учредительные данные об Itera — от официального регистратора Кипра, о Centrex — от источника, близкого к компании, которая регистрировала трейдера).

В Газпромбанке и «Газпроме» комментировать это совпадение не стали. Никакой связи здесь нет: Кипр — небольшая страна, а адвокатское бюро Neocleous пользуется заслуженной репутацией, объясняет представитель «Итеры». Сам Элиас Неоклеус подтвердил, что обе компании — клиенты Andreas Neocleous & Co.

«Но единственное, что у них общего, — это юридический адрес, — уверяет он. — Это обычная практика: компании — клиенты юрфирмы регистрируются по одному адресу».

Эксперты считают, что «Газпром» может зарабатывать на экспорте больше. Работая с промышленными предприятиями Великобритании, Австрии и Германии, можно получать порядка $100 дополнительной выручки с каждой 1000 куб. м — с учетом затрат на транспорт и хранение, полагает директор East European Gas Analysis Михаил Корчемкин. Именно на эти рынки и вышел уже «Газпром» — здесь работают его трейдеры Gazprom Marketing & Trading (GMT), ZMB, Wingas.

Хотя рентабельность того же GMT с офисом из 140 сотрудников пока не слишком велика — почти вчетверо ниже, чем у Wingas (см. таблицу). И все равно у концерна очень агрессивные планы по завоеванию рынка Британии, основного для GMT: с нынешних 1,5% до 14% в ближайшие три года, поделился с WSJ глава трейдера Виталий Васильев.

А во Франции трейдер хочет увеличить продажи с нынешних 0,5 млрд до 2,5 млрд куб. м к 2011 г. «Газпром» уже купил в Великобритании двух небольших розничных трейдеров — Pennine Natural Gas и Natural Gas Shipping Services. Научился работать по своповым контрактам. Из проданных в прошлом году 16 млрд куб. м газа 10 млрд куб. м были закуплены на стороне — ведь из Сибири газу до Британии идти 7000 км, почти неделю.

Но возможности «Газпрома» по увеличению поставок конечному потребителю ограничены транспортными мощностями. Возможности для поиска новых клиентов в ЕС на российский газ у «Газпрома» пока исчерпаны — до запуска газопровода «Северный поток» в 2011 г., говорит менеджер «Газпромэкспорта». Свободными от долгосрочных контрактов остаются всего 20-25 млрд куб. м газа, отмечает Корчемкин.

Около 10 млрд куб. м уже продают европейские трейдеры «Газпрома», включая Wingas. А еще порядка 10 млрд куб. м — это тот объем газа, который продает в Европе швейцарская Rosukrenergo (RUE), где у «Газпрома» — 50%. В 2006 г., по данным самой RUE, она продала в Европе 8,95 млрд куб. м газа. Эти объемы мог бы поставлять сам «Газпром», получая как минимум не половину, а всю прибыль RUE — $785,4 млн в 2006 г., рассуждает Корчемкин.

Трейдеры, покупающие у «Газпрома» на границе газ, могли заработать на его перепродаже в 2006 г. $3 млрд, но следует учитывать, что примерно треть этой суммы возвращается «Газпрому», так как он является совладельцем большинства этих трейдеров, подсчитал аналитик «Атона» Артем Кончин. Если бы «Газпром» получил возможность продавать этот газ сам, его рентабельность выросла бы с 22% до 24%, говорит он.

Однако для этого «Газпрому» пришлось бы вложить десятки миллиардов долларов в дистрибуцию в Европе, которые окупились бы очень нескоро; так что «Газпрому» выгоднее получить долю в трейдере, рассуждает Кончин. Рентабельность Eni Trade, закупившей за 11 месяцев 2006 г. у «Газпрома» газа на $4,8 млрд, — 11%, следовательно, от перепродажи этого газа итальянский трейдер мог заработать около $500 млн. E. On Ruhrgas, рентабельность которой — 4,5%, купила 62 млрд куб. м и в 2006 г. могла заработать $500 млн.

Если бы австрийская OМV (рентабельность — 9%) уступила «Газпрому» свою долю рынка, то он дополнительно заработал бы в 2006 г. $100 млн. Выходит, только в Германии, Австрии и Италии «Газпром» мог бы дополнительно заработать $1,1 млрд, резюмирует Кончин. Только вряд ли его европейские партнеры на это согласятся.


29 Января 2008 12:48
Источник: 1RRE.ru

Читайте также:





Архив новостей