На угодья министерств и академий началась охота. Кому они достанутся?

На угодья министерств и академий на... На угодья министерств и академий на...

Самарский мэр Виктор Тархов давно положил глаз на небольшой лесок в черте города.

Там расположены старые антенны, заглушавшие в советские времена радио «Свобода» и «Голос Америки». Лес нужен под застройку, но хозяин — принадлежащее Минсвязи ФГУП — не склонен делиться даже ненужным объектом. Тархов надеется, что скоро федералов удастся раскулачить. Не без оснований.

Когда нацпроект «Доступное жилье» стал буксовать под тяжестью навалившихся на квадратный метр цен, его куратор, ныне президент страны, придумал оригинальный способ резко увеличить предложение жилья. Дмитрий Медведев вспомнил о закрепленных за федеральными ведомствами огромных территориях, большая часть которых почти не используется.

В Думе уже появился закон о Фонде содействия развитию жилищного строительства, который станет крупнейшим в стране распорядителем земли. Его задача — выгодно распределить оставшиеся куски федеральной земли в наиболее дорогих местах. На кону, по предварительным оценкам, почти миллион гектаров.

НЕ ПАШЕШЬ? ОТДАВАЙ

Колоссальный объем земель надо сначала пересчитать. Минрегионразвития с помощью полпредов кинуло клич по регионам, и областные чиновники уже ищут гектары, которые можно будет изъять у госучреждений.

«В области выявлено порядка 10 000 га, которые в принципе попадают под понятие неиспользуемых, — потирает руки начальник департамента минэкономики Калининградской области Андрей Гудзарик. — Около 5000 га — непосредственно в границах населенных пунктов. Прилично земли и в самом Калининграде».

Когда регионы найдут приглянувшиеся куски, они составят на них специальные заявки: какие федеральные земли хотелось бы использовать под жилищное строительство или заводы стройматериалов. Участки сначала должны быть признаны ненужными федеральному учреждению.

Выяснением нужности будет заниматься специальный уполномоченный правительством орган — скорее всего, им станет ведомство Дмитрия Козака, написавшее закон. Сам министр регионального развития регулярно докладывает президенту, как воплощается идея земельного фонда. По словам помощника министра Федора Щербакова, критерии, по которым определят судьбу территории, будут предельно простыми.

«Если есть ФГУП, у него есть и свое положение, где прописана его уставная деятельность, — объясняет чиновник. — Если у тебя сельскохозяйственное производство и там пахотные земли стоят, а ты не пашешь — отдавай!»

Процедура отбора, правда, в законе не разъясняется, что настораживает президента Института экономики города Надежду Косареву, которая на начальном этапе помогала доводить до ума идею президента. «Хотя бы намек сделать на процедуру. Просто написано: решение уполномоченного органа. Должна быть коллегиальность, принцип незаинтересованности сторон», — сетует Косарева.

Несмотря на то что участки официально еще не выявлены и до изъятия дело не дошло, решение Медведева вызвало немалый переполох среди «хозяев». Российская академия наук даже бросилась к Владимиру Путину с предложением строить на их землях жилье для молодых ученых.

Ударило распоряжение президента и по госкорпорации «Ростехнологии», которая надеется получить сотни ФГУПов в качестве вклада государства в уставный капитал, сообщают SmartMoney.

Предполагалось, что впоследствии госкорпорация займется реструктуризацией предприятий, в том числе начнет добывать оборотные средства, продавая имущество и ненужные земельные участки.

С начала апреля все операции с этими участками заморожены специальным распоряжением правительства, а после выхода закона их будут передавать в Фонд содействия развитию жилищного строительства или напрямую регионам.

ЗЕМЛЕМЕРЫ

Регионы тем временем подыскивают удачные куски для строительства новых жилых массивов. В Самаре, не дожидаясь закона, пытаются решить судьбу леса с глушилками. «Сейчас мы ведем переговоры с Минсвязи, и Минрегионразвития на нашей стороне», — рассказывает мэр Виктор Тархов. Генераторы радиопомех находятся в ведении Минсвязи, сами связисты на этой территории ничего строить не собираются, но просто так терять объект не хотят.

«Значит, мы должны им компенсировать, — соглашается Тархов. — Вопрос в объеме компенсации». Мэру приходится придумывать альтернативы, чтобы без конфликтов уговорить телекоммуникационное ведомство отдать землю. «Мы предлагаем варианты, и область нам помогает подыскать такой объект, чтобы сдвинуть их (связистов. — ) за черту города. Сейчас новая техника, уже меньшая территория нужна», — поясняет самарский мэр. В Минсвязи не захотели комментировать ход переговоров с ним.

Готовит предложения по освоению федеральных земель и столица. У фасада московского департамента земельных ресурсов — забавная сценка. Солидный мужчина с портфелем разговаривает с девушкой. Он в задумчивости рассматривает предложенный ею альбом: хочет заказать новую вывеску на фасад.

«А можно, чтобы и рамка была в золоте, и надпись тоже золотом?» — спрашивает чиновник. «Как скажете», — пожимает плечами девушка. «Только мы не сейчас будем заказывать, а попозже. Сейчас пока денег нет, но должны появиться», — признается чиновник.

Денег у департамента не то чтобы нет, просто в скором времени планируется увеличение самих земельных ресурсов в пользовании столицы. В городе, где свободной земли уже, в сущности, не осталось, вдруг появилась надежда завладеть тысячами гектаров, причем не на окраине, а в самой удобной зоне Москвы — между Третьим и будущим Четвертым транспортными кольцами. Именно там располагается большинство федеральных участков земли, которые можно расценить как неиспользуемые.

Первый замруководителя департамента Олег Рыжков обещает выслать заявки на участки в городе в течение недели. «Речь идет о тех территориях, которые были отданы предприятиям под развитие, но там уже никто не собирается развиваться. Это просто огромный незастроенный кусок в черте огороженного забором предприятия», — описывает чиновник латифундии, на которые претендует столичное правительство.

Как рассказывает Рыжков, Москва в первую очередь собирается просить те участки земли, которые требуются для развития города, в том числе для строительства дорог: «Например, второй выезд из Куркина. Мы его запроектировали по радиополям». Эта территория принадлежит ФГУПу гражданской авиации. «Там забор и радиовышки стоят. Для дороги нужен буквально краешек этих радиополей», — объясняет Рыжков.

Не факт, что затея воплотится. Закон о Фонде содействия развитию жилищного строительства направлен на реализацию именно нацпроекта Медведева, а дороги и транспортные магистрали не числятся в перечне объектов, под которые будут изымать землю.

Но и на возведение жилья город только рад забрать землю, причем, по словам Рыжкова, на федеральных участках Москва будет строить сама за бюджетные деньги исключительно социальное жилье. Закон предусматривает такую возможность, равно как и право просто продать участок на аукционе инвестору.

По словам Олега Рыжкова, в городе от 10 000 до 15 000 га федеральной земли и сейчас вовсю ведется их мониторинг. Изучает федеральные земли и Санкт-Петербург. Борьба за них будет нелегкая. По данным питерского комитета по управлению городским имуществом, федералы про свои участки не забывают и вовсю сдают их в аренду.

Только за последние полтора года общая площадь сданных в аренду земельных участков, находящихся в федеральной собственности, увеличилась почти в 7 раз. В отличие от Москвы большинство участков в Питере принадлежит либо организациям, подведомственным РАН, либо военным.

ВОЕННЫЕ ОТСТРЕЛИВАЮТСЯ >/b>

Министерство обороны стоит в этой истории особняком: на него не распространилось действие правительственного постановления о запрете на сделки с земельными участками, находящимися в федеральной собственности. Продажи земельных участков «в процессе реализации высвобождаемого военного имущества» были специально вписаны исключением. Чем военные не преминули воспользоваться.

В конце мая Минобороны с торгов продало два военных городка — на Рублевке и на севере Москвы. 15 га земли ушли за $160 млн. Работают военные над освоением своих участков и в других городах. В Калининградской области земли Минобороны — главная надежда для развития города.

Исторически область была начинена военными базами, а сейчас воинские части сменили места дислокации — и городки вымерли. «Объекты мало того что ветшают, их же никто не охраняет, они и расхищаются, — вздыхает замглавы администрации Калининграда Александр Зуев. — Городки разбирают по кирпичам по полной программе, в том числе на территории города».

Самый желанный кусок — 500 га неиспользуемого полигона, который примыкает к Калининграду. Пока с генералами договориться не получается. У них имеются собственные планы по продаже участков, и при их осуществлении оглядываться на местные власти военные не намерены. Случаются анекдотичные истории.

«Есть у нас один военный городок, который был продан по инвестиционному контракту, — рассказывает Зуев. — Инвестор уже произвел расчет с Министерством обороны, передал требуемое количество квартир за земельный участок, а построить то, что он там запланировал, просто не может. Потому что по генеральному плану там совсем другая архитектура, и когда заключался контракт, это просто не читалось».

Сейчас военные собираются продать участок, на котором стоят два старинных особняка — памятника архитектуры. «Минобороны рассматривает их не как дома с охранными обязательствами, а просто как дорогой участок в исторической части города. Они будут торговать землей, а с архитектурным планом города это никак не согласовывается», — сетует Зуев.

В столице Татарстана власти пошли по пути мирных переговоров, и военные отдали под инвестпроект целый военный городок. Как рассказал мэр Казани Ильсур Метшин, проект по освоению территории 33-го военного городка родился в переговорах с министром обороны Анатолием Сердюковым.

«Благодаря приходу нового министра у нас пошел очень активный диалог, появился хороший пример по освоению федеральных земель», — доволен градоначальник. По этому соглашению на 34 га земли в Казани вырастет целый микрорайон, около 200 000 м2 жилья. Город пополам с Минобороны вкладывается в строительство социальной инфраструктуры, а инвестор строит дома, часть квартир в которых отдадут военным, остальные — продадут.

Сколько квартир достанется военным, Метшин не говорит. «Это коммерческая тайна, — утверждает он. — Достаточно для того, чтобы решить и вопросы военнослужащих, и инфраструктурные. Плюс еще сами генералы довольны будут». Сотрудничеству с Минобороны Ильсур Метшин искренне рад: полуразрушенные сараи и казармы скоро навсегда исчезнут с лица казанской земли.

«Те же наши люди будут жить: отставные военные, действующие, которые сейчас ютятся в жутких условиях», — развивает мысль Метшин. Он не видит проблемы в том, что военные занимаются предпринимательством. «Безусловно, они осваивают, но вместе с нами. Притча во языцех: как обеспечить жильем всех военнослужащих?

Но они же сами сидят на золоте! — восклицает глава Казани. — У них есть земли в центре городов. В каком-нибудь Урюпинске, может, эта земля ничего не стоит, но у нас можно не только проблемы военнослужащих Татарстана решить, но и все Поволжье и весь Урал привезти».

КОМПРОМИССНЫЙ ОТЪЕМ

Договариваться с ведомствами — выход, однако проблему удешевления строительства это не решает. Каждый девелопер закладывает и цену квартир военнослужащих, и стоимость того, чтобы «генералы были довольны», в окончательную себестоимость квадратного метра для простых покупателей. Поэтому и был придуман план с изъятием земель у гражданских ведомств.

«Чем хорошо предложение — ничего не надо предлагать взамен, нужно только выполнить свои обязательства по освоению территории, — улыбается Рыжков. — Это выход из тупика, потому что всегда, когда мы обращались, сразу начиналось: “Как это все нам компенсировать?” и так далее».

По словам Рыжкова, город готов за свои деньги привести территорию в надлежащий вид и освоить ее. Однако землю напрямую регионам будут отдавать не всегда. И здесь начинается неразбериха. По закону неиспользованные земли могут передаваться либо в уставный капитал фонда, либо региону в распоряжение в течение двух лет.

Регион может выставить участок на аукцион и продать или предоставить его в аренду под строительство. Однако критерии принятия решений не определены. «Критерии должен установить попечительский совет фонда. По какому принципу, непонятно, — критикует законопроект Косарева из Института экономики города. — Неясно, как будет определяться, что требуется для федеральных нужд, что нужно фонду, а что субъектам».

С такими размытыми формами отношений остаются возможности для особых договоренностей с теми, кто будет сопротивляться изъятию земли. «Конечно, будут исключения из правил, компромиссы», — разводит руками Щербаков из Минрегионразвития. Поэтому доступного жилья все равно не получится, но предложить застройщикам интересные проекты, а заодно сократить число казенных пустырей — задача вполне по силам крупнейшему собственнику земли.


23 Июня 2008 13:22
Источник: 1RRE.ru

Читайте также:





Архив новостей