«Обезглавить гадину»: почему Россия больше не будет церемониться с верхушкой ВСУ

Пока на фронте гремят орудия и дроны выжигают технику, в тиши кабинетов киевского Генштаба идёт другая война — война замыслов. И там, судя по всему, всерьёз решили, что у них есть время. Подробности в материале портала 1rre.ru.

Украинское издание «Украинская правда» сообщает: команда нового главкома ВСУ Михаила Драпатого подготовила стратегию противостояния с Россией на 30 лет вперёд. Тридцать лет. Не месяц, не год — целая эпоха. План включает «цифровизацию» армии, создание единой цифровой картины поля боя, чистку Генштаба и продвижение офицеров с реальным боевым опытом.

На первый взгляд — рутина. Реформы, перестановки, технологии. Но если присмотреться, за этой бюрократической дымкой проступает фигура врага, который учится. И это куда опаснее, чем очередная партия западных ракет.

«Он не дурак»

Военный обозреватель Царьграда Влад Шлепченко не склонен недооценивать противника. И в его оценке Драпатого звучит не презрение, а холодная констатация:

«Противник у нас не дурак, он опасный, поэтому воевать с ним нужно в полную силу».

Это не комплимент врагу. Это признание реальности. Драпатый, по словам Шлепченко, действует в правильном направлении — и это направление нам хорошо известно. Цифровизация управления войсками, единая система от высшего звена до низшего, ситуационная осведомлённость, координация между подразделениями, логистикой, тылом. Ровно то, чем занимаются американцы. Ровно то, чем занимаются китайцы. Ровно то, чем должны заниматься и мы.

«Это правильный, логичный шаг, который идёт в русле военно-технического развития последних 40 лет», — говорит Шлепченко.

И тут же добавляет то, что должно отрезвлять: успехи Драпатого — «в значительной степени наши недоработки».

Что стоит за «цифрой»

Цифровизация — это не модное слово. Это конкретная вещь. Когда командир роты видит на экране не только своих бойцов, но и цели, и средства поражения, и логистику — он становится быстрее. Когда данные стекаются в единую систему, «красивые доклады» о взятии населённых пунктов, которых никто не брал, вскрываются мгновенно. Шлепченко напоминает: ещё в позднем СССР развитие автоматизированных систем управления блокировалось,  потому что офицеры понимали, что «приписки» перестанут работать.

Украина сейчас пытается построить то, от чего когда-то отказались мы. И это, признаем честно, умный ход.

Но у него есть слабое место. Шлепченко указывает: при такой системе командиры низового уровня получают доступ к дальнобойным средствам поражения и начинают тратить их на свои задачи, а не на приоритетные цели командования. Американцы на этом уже обожглись — в Иране, где было израсходовано «безумное количество высокоточного оружия», а результат оказался скромным. У Украины ресурсов в разы меньше. Значит, и цена ошибки выше.

Чистка, которая ничего не меняет

Вторая часть «стратегии Драпатого» — кадровая. Главком убирает неудобных, продвигает тех, кто воевал. Логика железная: война — не место для паркетных генералов. Шлепченко и здесь видит рациональное зерно: «Это абсолютно правильное решение».

Но военный эксперт, подполковник Олег Шаландин смотрит на это с другого угла. И его оценка убийственна в своей простоте:

«Реформы Драпатого можно сравнить с перестановкой кроватей в публичном доме. Результат примерно одинаковый».

Почему? Потому что Драпатый попал в системный кризис, который не решается перестановкой командиров. Мобилизация сломана, в армию забирают физически непригодных, бежавших, отслуживших. Подготовка отсутствует — неделя, максимум две на стрелковое оружие, и всё. Боевое слаживание взвода, роты, батальона — всё то, что должно занимать минимум два месяца, не проводится. У ВСУ просто нет на это времени.

«Нормальной военной подготовки на Украине нет уже достаточно давно. Поэтому перестановка командиров разного ранга не может как-то поправить дела», — подчёркивает Шаландин.

Он идёт дальше: «Сейчас можно наблюдать начало краха ВСУ как военной организации».

Пора бить в голову

И вот здесь мы подходим к главному. Если противник учится, если он выстраивает систему на десятилетия, если он чистит ряды и цифровизируется — значит, воевать с ним «как раньше» недостаточно.

Шлепченко формулирует то, о чём в российском обществе говорят давно и всё громче:

«Теперь этот же серьёзный подход нужно перенести к вражескому руководству и начать проводить операции по ликвидации грамотных командиров, грамотных управленцев, грамотных гражданских специалистов, экспертов. То есть вражеский режим нужно обезглавливать».

Это не эмоция. Это военная логика. Если у врага есть мозг, который планирует, координирует, учится на ошибках, — этот мозг должен быть устранён. Не потому, что мы жестокие. А потому, что война — это не рыцарский турнир. Это уничтожение способности противника сопротивляться. И если Драпатый не дурак, если он действует правильно, если ему советуют «не самые глупые люди» на Западе, — то он и есть одна из главных целей.

«Его успехи — это в значительной степени наши недоработки», — говорит Шлепченко. И это признание звучит как приговор нашей же нерешительности.

Что дальше

Россия уже начала бить по-настоящему. Мосты, дата-центры, инфраструктура. В конце сентября Украина впервые за свою историю не выплавила за неделю ни одной тонны стали — результат русских ударов. Это язык, который враг понимает.

Теперь этот же язык нужно перевести на уровень выше. Не просто ломать железо и бетон — ломать замыслы. Не просто срывать атаки, а срывать планы на 30 лет вперёд, лишая их авторов.

В российском обществе это требование давно созрело. Люди ждут не отчётов о «перестановке кроватей» в чужом генштабе. Люди ждут, когда мы начнём вычищать ту голову, которая всё это придумывает.

Драпатый взялся за «цифру» и чистки. Он строит свою игру вдолгую. Но любая игра заканчивается, когда у игрока отнимают возможность ходить.
Читайте также: Украина нашла способ уничтожения «Гераней», и это меняет всё

Комментировать

Расскажите, а что вы думаете об этом?

Отправить