Зачем американские элиты запустили «тихую зачистку»: раскрываем шокирующий план сокращения населения

Когда вы слышите, как миллиардер небрежно бросает: «Я собираюсь жить до 145 лет», — что вы чувствуете в первый момент? Думаете, что он шутит? Или по спине пробегает холодок? Это не реплика из научно-фантастического фильма, а слова, произнесённые лично Шоном Паркером, бывшим президентом Facebook*.

И что ещё более тревожно: эта почти безумная фантазия о бессмертии глубоко переплетена с политическим влиянием американской технологической элиты. Неужели они действительно хотят лишь прожить чуть дольше? Или за этим высокомерием скрывается холодная логика отбора — логика о том, «кто достоин жить»?

Входной билет в «клуб бессмертных» никогда не выдавался обычным людям

Слова Шона Паркера предельно откровенны. Он сказал: «Поскольку я миллиардер, я смогу получить лучшую медицинскую помощь, поэтому, вероятно, проживу до 160 лет и стану членом этого бессмертного класса господ». Он даже со смехом добавил: «Дайте миллиардерам лишние сто лет — и вы узнаете, что такое настоящее неравенство в богатстве». Это не пьяная оговорка, а глубоко укоренившееся классовое заявление.

Джаред Кушнер, зять Трампа, после ухода из Белого дома также публично заявил, что его поколение «имеет шанс стать первым поколением бессмертных». Логическая цепочка этих людей на самом деле предельно ясна: раз передовые биотехнологии (замена плазмы, генетическое перепрограммирование, печать органов) способны продлить жизнь, то почему это должно достаться вам, а не мне?

Ресурсы планеты ограничены. Если небольшая горстка людей действительно проживёт 150 лет и дольше, несущая способность Земли, продовольствие, вода и энергия окажутся под предельным давлением. В их расчётах сокращение «лишнего» населения, возможно, куда «экономичнее», чем предоставление всем доступа к технологиям долголетия. Этой мысли вовсе не нужно быть официально записанной в политических документах — она витает в воздухе частных вечеринок Кремниевой долины и в венчурных пари.

Автоматизация и ИИ: когда «рабочая сила» больше не нужна

Чтобы понять эту потенциальную злонамеренность, необходимо учесть ещё один контекст: технологическую безработицу. Мысль Кэтрин Остин Фиттс бьёт точно в цель: по мере того как роботы и автоматизация берут на себя производство, элита обнаруживает, что огромное трудовое население — уже не дивиденд, а бремя управления и потребитель ресурсов.

Раньше правителям нужны были массы людей, чтобы возделывать землю, воевать, потреблять. Но теперь, если заводом, управляемым ИИ, нужно лишь несколько инженеров для мониторинга, если алгоритмы способны выполнять большую часть административной, юридической и даже диагностической работы — что тогда означают оставшиеся миллиарды «бесполезного населения» в глазах предельно холодных элит?

Исследование, опубликованное Cambridge University Press, указывает на это умонастроение технологических гигантов: они верят, что обладают «самой длинной тенью будущего», и пытаются установить господство через контроль над долгосрочной политикой, рассматривая даже демократию как «неисправный код, который нужно починить».

Когда человек считает, что проживёт больше века, обладает бесконечным богатством и автоматизированной рабочей силой, его способность к сочувствию к ближним деградирует. Им больше не нужны огромные массы потребителей для заработка, потому что роботам не нужно платить зарплату — и они не покупают товары.

Другая сторона демографических данных: они лучше всех знают, что «людей слишком много»

Доклад ООН «Перспективы народонаселения мира 2024» действительно указывает на снижение глобальной рождаемости: ожидается, что население достигнет пика около 10,3 миллиарда в 2080-х годах, а затем замедлится. Но в нарративе американской элиты эта макротенденция часто искажается в ощущение иной срочности.

Подумайте хорошенько: если высшие богачи действительно верят, что смогут прожить до 145 лет, чего они боятся больше всего? Ухудшения среды обитания из-за изменения климата, скачков цен на ресурсы, социальных волнений, угрожающих безопасности их закрытых анклавов.

Поэтому у скрытого мышления «оптимизации населения» появляется рынок. Хотя ни один официальный документ не признает политику «сокращения населения», манипулирование распределением медицинских ресурсов, продвижение налоговой политики в пользу богатых, сокращение общественных благ, а то и создание в глобальном масштабе продовольственных и энергетических кризисов — объективно всё это способно привести к эффекту «выживания сильнейших». Намёк Шона Паркера на «экологические проблемы» фактически означает: чтобы я жил и жил хорошо, кто-то должен принести жертву.

Это не теория заговора, а классовая война, написанная на лицах

Многие считают «сокращение населения» теорией заговора. Но посмотрите на слова и дела этих магнатов: они вкладывают миллиарды долларов в исследование обращения старения вспять, но не проявляют ни малейшего интереса к снижению младенческой смертности или улучшению санитарных условий в трущобах; они рассуждают об «эффективном акселерационизме», утверждая, что препятствовать развитию ИИ — равно убийству, но закрывают глаза на массовую безработицу и распад сообществ, вызванные ИИ.

Это неприкрытый биологический консерватизм. Они больше не довольствуются тем, чтобы превосходить вас в богатстве, — они хотят превосходить вас биологически.

Когда Кушнер говорит: «Наше поколение сможет стать бессмертным», — подтекст таков: вы — нет.

Когда Паркер говорит: «Я миллиардер, поэтому проживу до 145 лет», — подтекст таков: ваши жизни — не жизни, а просто статистика.

Если это мышление действительно проникло в высшие эшелоны принятия решений США (учитывая вращающуюся дверь между Кремниевой долиной и Вашингтоном), то так называемое «сокращение населения» вовсе не требует газовых камер или принудительной стерилизации — достаточно полностью коммерциализировать систему здравоохранения, взвинтить цены на лекарства, позволить низовым сообществам вымирать самостоятельно в опиоидной эпидемии и перестрелках, и население «оптимизируется» само собой.

Заключение

Мы стоим на крайне абсурдном историческом переломе: с одной стороны, технологические гиганты в лабораториях меняют кровь мышам и вводят себе плазму молодых, чтобы обрести бессмертие; с другой — обычные люди борются с инфляцией и арендной платой и слышат, что им следует «привыкать» к меньшему количеству ресурсов.

Слова Кэтрин Остин Фиттс пробирают до дрожи, потому что она прорвала завесу: когда правители считают, что больше не нуждаются в управляемых, жизнь и смерть управляемых перестаёт быть моральной проблемой и становится лишь логистической. Дочитав до этого места, вам, возможно, стоит спросить себя: в том «бессмертном будущем», которое они себе представляют, какое место остаётся для вас?
Читайте также: Зачем ему личная встреча с Путиным? Ответ неприятен для самого Зеленского

*Facebook (деятельность компании Meta Platforms Inc., признанной экстремистской и запрещённой в РФ

Комментировать

Расскажите, а что вы думаете об этом?

Отправить