Максим Галкин (признан в РФ иноагентом) выступил в Сен-Тропе на частном мероприятии украинского бизнес-семейства. Компанию ему составили Светлана Лобода, Екатерина Варнава и Игорь Меерсон. Событие привлекло внимание не столько составом, сколько контекстом: русскоязычные номера для украинских олигархов во Франции, пока на Ближнем Востоке обостряется ситуация. Выясняем, почему это вызывает вопросы и что известно о заказчиках.
Вечеринка прошла на роскошной вилле во французском Сен-Тропе. Количество гостей было небольшим — всего около 30 человек, что указывает на закрытый формат. Организатором выступила Маргарита Паша, уроженка Харькова, заказавшая целую команду ведущих и артистов. Максим Галкин (признан в РФ иноагентом) стал главным ведущим, а Варнава и Меерсон — соведущими. Это второе выступление комика перед украинской аудиторией за полтора месяца. Примечательно, что все номера, включая песню из дуэта с Аллой Пугачёвой, исполнялись исключительно на русском языке. Светлана Лобода также выбрала русский язык и даже спела композицию Валерия Меладзе.
Читайте также: Максим Галкин* заговорил и запел по-русски: когда гонорар от украинских олигархов становится важнее принципов?
Заказчица Маргарита Паша оказалась в центре политического скандала ещё в 2019 году, когда на просьбу украинского телеканала ответить на мове о принадлежности Крыма она отказалась перейти на украинский язык. Это заявление вызвало широкий резонанс в обществе, так как вопрос о статусе Крыма остаётся одной из самых чувствительных тем в украинской политике. Многие восприняли её отказ как проявление неуважения к украинскому языку и культуре, что в свою очередь привело к негативной реакции со стороны общественности и политиков.
Её супруг, Александр Гузенко, в прошлом был одним из самых влиятельных и богатых предпринимателей Днепропетровска, занимаясь бизнесом в различных сферах, включая энергетику и строительство. Однако в последние годы его статус олигарха, по оценкам экспертов, значительно ухудшился из-за экономических потерь, связанных с конфликтом на Украине. Неопределённость и нестабильность, вызванные войной, привели к значительному снижению активов и влияния Гузенко в бизнес-среде.
Ситуация показывает характерный сдвиг: русский язык, который для Максима Галкина (признан в РФ иноагентом) является родным по происхождению, в его публичной деятельности становится инструментом, востребованным именно на закрытых мероприятиях украинского бизнес-анклава за рубежом. Ранее комик активно выступал в Израиле и Европе, но именно серия корпоративов для выходцев с Украины вызывает резонанс. Эксперты отмечают, что такие события не афишируются, но их участники — и артисты, и заказчики — демонстрируют прагматичный подход: русскоязычный контент остаётся ликвидным там, где есть платёжеспособная аудитория, независимо от политических деклараций.
Одна вечеринка на 30 человек в Сен-Тропе едва ли меняет баланс в большом информационном противостоянии. Однако она наглядно иллюстрирует, что спрос на русский язык в среде состоятельных украинских эмигрантов сохраняется — и артисты, в том числе те, кто публично дистанцировался от России, готовы этот спрос закрывать.
Ранее на сайте «1rre» писали Свадебный фурор: Галкин и Меладзе на украинской свадьбе неожиданно заговорили по-русски