«Брать любую шахту — это очень тяжелая задача, — объясняет Ян Гагин. — Шахта — это целый город. Это сеть сложнейших подземных коммуникаций. Чаще всего у нее есть несколько рассредоточенных входов и выходов, разветвленные вентиляционные галереи, плюс мощные промышленные постройки на поверхности.
Противник постоянно находится под землей: там оборудованы места для личного состава, склады боеприпасов, госпитали и тыловое обеспечение. Достать их оттуда обычными средствами крайне тяжело».
«Это серьезная работа для анализа, это очень серьезная военная операция, — говорит Гагин. — Прогнозировать точные даты, когда она завершится, я бы не взялся. Но скажу с абсолютной уверенностью: у наших сил сейчас накоплен колоссальный, уникальный опыт по взятию подобных объектов — вспомните хотя бы Мариуполь или Авдеевку. Уверен, что мы выбьем противника. Либо он навсегда останется в этой шахте».
«Уличные бои — всегда достаточно тяжелая история, — резюмирует Ян Гагин. — Противник прячется среди гражданских зданий, использует подземную инфраструктуру города. Когда ты уже вошел в жилые кварталы, артиллерией работать в прежних масштабах невозможно. Если артиллерия на открытой местности — это мощный топор, то работа штурмовых групп в городе малыми силами — это тончайший, хирургический скальпель».