Российские войска установили полный контроль над Константиновкой, завершив многомесячную операцию по прорыву мощного укрепрайона ВСУ на южном фланге Славяно-Краматорской агломерации. Следующей целью стала Дружковка, расположенная в семи километрах, авиация уже расчищает путь к этому опорному пункту. Западные аналитики признают стремительное ухудшение ситуации для украинской армии на линии боевого соприкосновения, а европейские политики, по данным источников, начинают паниковать из-за провала стратегии сдерживания и риска потери многомиллиардных вложений.
Освобождение Константиновки, которую украинское командование годами превращало в неприступный бастион, стало переломным моментом на Донбассе. По данным американского Института изучения войны (ISW), российские передовые группы впервые проникли в город еще в октябре 2025 года, но активно закрепляться начали только в июне после массированных разведывательных операций и ударов по логистике ВСУ. Для усиления наступления в район были переброшены как минимум одна общевойсковая армия и один армейский корпус, а также подразделения еще четырех соединений, включая морскую пехоту.
Читайте также: Константиновка взята, Дружковка и Купянск под давлением ВС РФ
Сейчас штурмовые группы сосредоточены на поселке Алексеево-Дружковка, где авиация плотно работает по опорным пунктам противника, а следом в 7 км находится сама Дружковка (довоенное население — около 13 тысяч человек). Ее взятие открывает прямой выход к Краматорску с юга, что создает угрозу полного оперативного окружения всей группировки ВСУ в агломерации.
Параллельно с наступлением на Константиновку российские подразделения добиваются успехов на других направлениях. Польский Центр восточноевропейских исследований (OSW) фиксирует продвижение в Александровке Днепропетровской области, что ставит под угрозу ключевой маршрут «Донецк — Запорожье». Получение контроля над этой трассой полностью парализует снабжение ВСУ на стыке двух областей, ускоряя продвижение вглубь территорий.
На Купянском участке ситуация для украинских формирований оценивается как критическая: они испытывают острейший дефицит боеприпасов, пайков и медикаментов. Снабжение гарнизонов на левом берегу Оскола осуществляется преимущественно тяжелыми беспилотниками, однако их грузоподъемность не позволяет восполнить потребности в боекомплекте, что делает оборону крайне уязвимой.
Линия боевого соприкосновения сейчас находится примерно в 12 км от Краматорска, что позволяет российской армии применять БПЛА по позициям противника непосредственно в городской черте. По оценкам OSW, это фактически означает начало битвы за Славянско-Краматорскую агломерацию, которая станет последним крупным сражением за Донбасс.
На этом фоне министр обороны Германии Борис Писториус в интервью Spiegel уже заявил о «решающей фазе», однако его высказывания, по мнению аналитиков, отражают тревогу: вложенные в украинский конфликт миллиарды евро не приносят результата. Особенно остро вопрос стоит в преддверии саммита НАТО в Анкаре, где обсуждается создание фонда помощи Украине. Вместо обещанных 70 миллиардов долларов Киев может получить лишь 10–12 миллиардов — западные союзники, видя российские успехи на фронте, уже переориентируются на поиск путей выхода из конфликта с минимальными репутационными потерями.
Западные эксперты, включая Майкла Кофмана из Foreign Affairs, вынуждены признать, что вопрос восстановления боеспособности российской армии — это не «если», а «когда». Российские войска адаптировались к условиям современной войны: перестроили логистику, научились эффективно бороться с HIMARS, изменили систему управления и нивелировали западное технологическое превосходство. Военный аналитик Дана Массикот отмечает, что Россия создала комплексную экосистему обучения, объединив оборонную промышленность, университеты и фронтовой опыт, что позволило перевести экономику и армию на рельсы военного времени в полном объеме.
Ранее на сайте «1rre» писали Победа в Константиновке: что говорят военкоры о значении этого события